Путь Одиссея

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Путь Одиссея » Путь Одиссея » Шаманизм


Шаманизм

Сообщений 1 страница 30 из 38

1

http://www.mith.ru/cgi-bin/yabb2/YaBB.p … 1139249104

Шаман. Трактовок этого понятия сколько угодно.
Я придерживаюсь вот какой (занимаясь этим года эдак с 1990...)
Шаман - это человек, чьи магические способности определяются наличием духов-помощников. Весь шаманский костюм - воплощение этих духов. Это могут быть духи в обличье зверей, духи местности, дочери-сыновья богов... Также духи могут воплощаться в бубне, рукоять у алтайцев представляет собой предка или прародительницу. 
Этим шаман пропивопоставлен колдуну - тот всё делает на своей силе. Поговорка у алтайцев: "шаман не любит колдуна, а колдун - шамана". 
Плюс к тому. Шаманом нельзя стать по собственному желанию. Будущий шаман должен переболеть "шаманской болезнью" и получить свой дар от предка или духа местности.
В чем заключается шаманский дар? - в способности контролировать своего "двойника". Вопрос номер следующий: что такое "двойник"? - это некий аналог души, могущий покидать тело, которое при этом остается вполне живым. Собственно, в том и разница души и "двойника": душа выходит из тела - человек умирает. Обычный человек контролировать "двойника" не может и заболевает, если "двойника" сцапает нехороший дух или враждебный шаман. ТОгда свой шаман устраивает камлание...
(подробнее после, если возникнуь вопросы)

Напоследок. Случай, зафиксированный в научной литературе. Тувинского охотника в 90е годы 20 века обломал медведь. В _прямом_ смысле слова. Мужика привезли в советскую больницу, оттуда он спустя месяцы вышел инвалидом. Тогда родные пригласили шамана, тот провел камлание - и через некоторое время этот человек снова смог ходить на охоту.
Причина успеха - не (только) мистическая, она заключается в мощном психотерапевтическом эффекте камлания, когда шаман, весь обвешанный железяками-жгутами, носится по кругу в юрту, поет, как он странствует по мирам в поисках "двойника" больного; шаман ритмично бьет в бубен, родные больного подпевают, обстановка эмоционально накалена до предела... этаким методом они и мертвого воскресят!

Для не искушенного человека важно понимать, что шаманизм – это не просто вера в духов. Шаманизм – это магическое учение о способах осознанного и целенаправленного взаимодействия с духами. Духи не часто открывают человеку своё присутствие и довольно редко стремятся проявить свои намерения. Значит, человек должен сам обращаться к ним. Но добиться постоянного и яркого выраженного контакта с духами могут лишь их избранники – шаманы. Шаман становится магом и волшебником только во время камлания, лишь тогда, когда он призывает к себе всю свою дружину духов. После камлания, когда духи покидают шамана, он превращается в самого обычного человека, и его уже ни о чем не спрашивают. Так и огонь может стать божеством От-ана, а может – «средством для приготовления пищи и сушки одежды». Гора может быть суровым и справедливым духом Ту-ээзи, а может огромным куском гранитной массы. В роднике может появится живительная сила хозяина вод Су-ээзи, но он же может быть просто одним из источников питьевой воды. Алтай одновременно и нагромождение гор с протекающей на них жизнью, великое божество Алтай-ээзи. Все зависит, в основном, от двух обстоятельств. Во-первых, верит ли человек в духов. Если верит, то он начинает чувствовать и замечать их присутствие. Затем человек создаёт свой подход к общению с духами, состоящий из примет и поверий, молитв и алкышей, обрядов и ритуалов, особенностей поведения и т. п.

      Таким образом, основу шаманизма составляет мировоззрение, наполненное мифическими представлениями о связях человека со стихийными силами природы. По данным археологии шаманские ритуалы практиковались в Сибири еще в эпоху неолита и в бронзовом веке. Местные истоки сибирского шаманизма не вызывают сомнений. В отличие от большинства религиозных учений, созданных тем или иным основателем и его последователями, шаманизм сложился естественным, историческим путем. На определенном этапе отражения мира в сознание образ мифической Вселенной стал настолько значимым и разработанным, что разобраться в нем могли лишь особо одаренные личности. Появилась потребность в посреднике между обществом и мифическим миром. 

      Слово «шаман» взято из тунгусо-маньчжурских языков, где им обозначается человек, который в состоянии возбуждения общается с духами. В России это слово появилось в 17 в. В письменных сообщениях русских служилых людей из Сибири. Затем оно попало в Европу через иностранцев, ездивших в составе русского посольства Петра I в Китай через Сибирь. Среди сибирских народов термин «шаман» в значении служителя культа, за исключением нескольких групп тунгусов, не употреблялся, а шаманы у них назывались по-разному. Тюркские племена Алтая называли такого человека «кам».

      Алтайский шаманизм носит вербальный характер. Это учение не имеет письменного изложения своих основ, положений, деклараций. Нет и канонических правил, заповедей, запретов, текстов молений. Все учение держится лишь на устно визуальной базе и крайне простом священном ритуальном реквизите. В алтайском шаманизме нет профессиональной иерархической специализации на основе определенных обрядов и испытаний, через которые  должны проходить шаманы при своем становлении. Камы появляются по велению духов-предков, и это не требует какой либо санкции со стороны общества или конфессиональной организации. Пройдя свое становление под покровительством духов, получив от них свой бубен, как становится признанным избранником божеств. Деятельность Кама не зависит ни от светских, ни от духовных властей. 

      Хороший шаман владеет приемами ритуального сношения с божествами и духами, употребляет особую шаманскую терминологию, умеет путешествовать в ту или иную сферу Вселенной, знает дороги и маршруты этих путешествий, ориентируется в пространстве миров, населенных духами и божествами.

      Своеобразным сакральным дипломом Кама является его бубен, получаемый от божеств и духов. Бубен свидетельствует о классификации шамана. Облачение такой роли не играет. А вот бубном кам должен владеть виртуозно. По ходу камлания он демонстрирует жестами, мимикой и другими средствами значение бубна, то, как ездового животного, то, как оружия (лук и стрела). Нужно сочетать частоту ударов в бубен с пением – обращением Кама к божествам и духам. Диалог происходит в разной тональности, отражающей голос и божества и самого Кама. Каму умеют подражать голосам зверей и птиц, в образе которых выступают его духи-помощники, ржанию жертвенного коня, либо ездового коня божества. Подобных мелочей в деятельности Кама много. За ними всегда наблюдают рядовые участники камланий. По ним судят о квалификации кама.

      Кам должен знать пантеон богов и духов, их внешний вид привычки. В этом отношении квалификация шамана проявляется в обращениях и гимнах божествам. В гимнах используется определенная шаманская ритуальная лексика. Кам говорит с духами на их языке. Эти гимны и призывы называются алкыш. Шаман, камлая тому или иному духу; обращается к нему с восхвалениями в форме алкыша. При этом он всякий раз импровизирует свои гимны-обращения и молитвенные просьбы.

      Большинство шаманских обрядов базируется на вере в двойника.

      В алтайском шаманизме представления о двойнике сложились в доминирующую ритуальный механизм главной культовой практики – камлания. Представления об индивидуальном двойнике отражают веру алтайских шаманистов в своеобразный круговорот существования человека. Структура круговорота такова. Жизнь каждого человека начинается в небесной зоне Вселенной, где она еще не имеет антропоморфной формы. Отсюда она посылается божеством на землю в материализованной форме. Например в виде падающей звезды или солнечного луча. Или через сдувание шаманом «зародышей» детей, висящих как листья на священной березе, на землю. Эти зародыши попадают через дымовое отверстие юрты в очаг, а затем попадают к женщине. Так наступает утробный период земной жизни человека и возникает его связь с женским небесным божеством Умай. Образуются кости, тело, кровь. С появлением на свет , первым признаком которого является «дыхании», наступает период пребывания человека лунно-солнечной земле. Когда «дыхание обрывается» - наступает смерть. До того, как ребенок начинает свободно говорить, он находится под присмотром «Матери-Умай». Но, как только ребенок начинает общаться с другими людьми, входит в земной социальный мир, его связи с Умай прерываются. Но растет и взрослеет двойник, который заменяет человеку няньку, опекуна и поводыря Матерь-Умай.

      Двойник обладает способностью во время сна отделяться от тела в виде маленького огонька, путешествовать по разным местам и возвращаться при пробуждении. Для выхода и входа он использует носовые отверстия. Считается, что если спящему человеку положить на кончик носа уголек, то он не проснется до тех пор, пока уголек не свалится, так как двойник побоится войти в тело.

      Особенно осторожно человек должен вести себя в горах. Нужно опасаться выхода двойника во время сна. Если человек в чем-то провинился, то хозяин горы или тайги может поймать и оставить двойника у себя. Случай невозвращения двойника происходит довольно часто. Вернуть двойника может лишь шаман. Шаманы при камлании находят не вернувшихся двойников, узнавая их по признакам и чертам заболевшего. Двойников ловят в бубен и вбивают сильным ударом по бубну в правое ухо.

      Обыкновенный человек может видеть двойников только во сне. Шаманы и ясновидцы (коспокчи) видят их воочию. Особенно хорош их видит кам, при содействии собственного двойника, которого шаманы отделяют от себя во время камлания. Двойник шамана может покидать тело в любое время дня и ночи по воле шамана, но только на время камлания. Отделение двойника от тела Кама происходит при помощи духов – помощников и покровителей Кама, которых он призывает ударами в бубен или опахалом пояса, рубахи или березовой ветки. В отличие от обыкновенного человека двойник шамана все время находится под полным контролем шамана и его духов. Такие свойства двойника шамана стирают у присутствующих на камлании грань между видимым реальным и невидимым мифическим миром.

      После смерти шамана его двойник продолжает обладать  особыми свойствами. У обычных людей двойник возвращается к божеству, пославшему его зародыш, или переселяются в страну умерших. Двойник Кама остается на земле. Он обитает в горах или тайге и не связан с местом погребения шамана. Через некоторое время этот двойник определит судьбу нового кама – кого-либо из своих потомков. Он будет служить одним из его наследственных покровителей.

      Концепция двойника объясняет, каким образом шаман путешествует в ту или иную сферу Вселенной во время камлания. Любой шаманист знает, что к духам и божествам ходит не сам кам, а его двойник и духи-помощники. Они ведут к божеству не самого жертвенного коня, а его двойника. Коня, предназначенного в жертву, и двойника этого коня алтайские шаманы называют словом бура. Мясо жертвы съедают, кости укладывают на лабаз, шкуру вывешивают на жерди у места жертвоприношения, а бура отправляют божеству. Бура становится ездовым конем духов и божеств. Последние посылают их шаманам в качестве помощников. Некоторые шаманы с помощью поднимаются на небо, обращаясь с ними как со своими верховыми конями. Например, отпускают отдохнуть на пастбище того или иного слоя небес.

      Вторым важным положением алтайского шаманизма является вера в духов шамана, составляющих его сакральную и магическую силу. На этом положении держится вся религиозная практика, весь культ шаманизма. Шаманисты знают, что ни один человек не может быть камом без духов-посредников. Никто не рискует без поддержки духов отправиться в такое далекое и опасное путешествие, каким является камлание.

      Все культовые действия, которые совершает шаман, и все результаты, осуществляются при помощи, призываемых шаманом к себе в начале каждого камлания. Одни из них сообщают Каму причины болезни человека и где найти потерявшегося двойника; другие помогают ориентироваться и передвигаться во время камлания в небесной сфере, на земле (по горам, хребтам, тайге) или подземном мире; третьи охраняют от злых духов и враждебных шаманов. Свою личную охрану Камы называют курчу (обруч), так как духи обвивают кольцом их голову, туловище, руки, ноги. Некоторые из духов помогают доставить жертву божеству:  несут сосуды с жертвенными напитками, ведут бура жертвы. Они помогают пробраться к божеству, вести с ними диалог. 

      У каждого шамана есть свои духи, причем неоднородные по составу. Духи делятся на страты. Общими для всех шаманов стали две страты духов: покровители и помощники. Покровители – персонифицированные божества и духи высокого ранга: Ульгень и его сыновья, божество огня, хозяева священных гор. Духи-помощники образуют две группы. В одну, под названием тос, объединены предки шамана бывшие при жизни камами. Ко второй группе относятся служебные духи, призываемые перед камлмнием ударами в бубен. Эти духи заполняют бубен и сопровождают шамана во время его путешествия в ту или иную сферу Вселенной. Служебные духи бубна составляют реальную силу шамана. Шаман ценит и стремиться преумножить этих духов, включая в их ряд предков-шаманов. Личные духи, притянутые шаманом, определяют его культовые и магические возможности. Дать им подробную характеристику невозможно по причине изобилия. У каждого кама они, особенно мелкие служебные духи в образе зверей, птиц и т. д., сугубо индивидуальны.

      Среди покровителей шаманов выделяется божество огня. У алайцев оно выступает под именем От-Ана (Огонь-Мать). Это божество вошло в пантеон алтайского шаманизма из наследия древнейших эпох. Алтайские камы начинают любое камлание с чествования и угощения кроплением От-Ана, обращаясь к ней с призывами. Шаманы просят От-Ана дать помощников и спутников в предстоящих странствиях камлания и всегда получают эту помощь. От-Ана выступает также как посредник между камом и божеством более высокого ранга. Но Огонь-Мать не является слугой шамана. Она их покровительница и лишь в этом качестве оказывает камам помощь. Божество огня помогает шаману, если он почивает его, приносит жертвы, беспрекословно слушается. Но оно может пойти на карающие действия, наказывая за непочтение, пренебрежение и особенно осквернение.

      К высоким покровителям, помогающим шаманам, относятся хозяева свещенных гор. От них шаманы получают свои бубны. Им устраивают специальные моления-камлания. К ним обращаются с различными просьбами о благополучии роду, улусу, отдельным людям.

      Среди духов-помощников алтайских шаманов выделяются духи предки самих шаманов. От них камы получают шаманское призвание шаманский дар, передаваемые по наследству. Если у алтайца появляются признаки шаманского призвания – о нем говорят:  «Тоси (духи предков) наступают, давят». Культ шаманов-предков обеспечивает преемственность шаманизма и объясняет механизм появления и становления шаманов.

      Небесные духи через своих помощников шлют на землю зародыши детей, скота, зверей. Они отводят болезни, засухи, молнии. Люди чтят духов. Угощают их напитками и едой, приносят различные жертвы. Между мирами происходит постоянный диалог-обмен, частью которого является кругооборот-перетекание жизни из верхнего мира в средний. Не остаются без последствий и промахи людей. Непочтительное отношение к духам, непотребное поведение по отношению к природе наказывается болезнями, падежом скота, бездетностью, потерей души. Но потерянное равновесие можно восстановить своим безупречным поведением или с помощью шамана.

      Человек со всех сторон окружен духами. Мир един, он принадлежит всем и все мы, духи и люди, в ответе за его сохранение и процветание.

2

http://www.mith.ru/cgi-bin/yabb2/YaBB.p … 1135711204
Австралийские шаманские инициации

http://www.upelsinka.com/Russian/religi … alia_1.htm

Характерные элементы этих инициаций таковы: 1) "убийство" неофита, 2) удаление его органов и костей и замена новыми и 3) введение магических субстанций, в особенности кристаллов кварца. Аналогичная модель обнаруживается в шаманских инициациях Центральной Азии и Сибири, Южной Америки и некоторых частей Меланезии и Индонезии. Особенно центральноазиатские и сибирские сценарии дают наиболее поразительные параллели с примерами, приведенными выше. Как и австралийский знахарь, сибирский и центральноазиатский шаман проходит экстатическую инициацию во время соматического заболевания, душевного расстройства или "во сне". Он видит, как его мучают и в конце концов "убивают" духи мифических героев. Эти демонические существа разрубают на части его тело, расчленяют его, отрубают голову, варят плоть, очищают кости от мягких тканей, соскребают мясо и заменяют его новым, впускают в тело новые соки. Мотив введения магических субстанций встречается реже; известны лишь редкие упоминания об обломках железа, которые кладут, с целью расплавить их, в тот же котелок, где варятся кости и мясо шамана. Но этому мотиву можно найти аналоги в верованиях, например, семангов Малагайского полуострова, даяков Борнео, и он весьма типичен для шаманизма южноамериканских индейцев.

Как мы уже отмечали, Элькин сравнивает модель инициации австралийских знахарей с ритуалом мумификации в восточной Австралии, который, видимо, "пришел" туда через острова Торресова пролива, где некоторые виды мумификации практиковались вплоть до недавнего времени. Более того, Элькин склонен связывать такие меланезийские влияния с другими, более высокими культурами (Египет?). Мы не будем здесь обсуждать происхождение и распространение этой модели инициации шаманов. Но идея о связи ее австралийского варианта с ритуалом мумификации (главным образом, египетским) - неосновательная гипотеза. Должны ли мы в таком случае объяснять инициации шаманов Сибири и Южной Америки аналогичным влиянием ритуалов и мумификации? Широкое распространение некоторых дополнительных мотивов инициации, зафиксированных в Сибири, равно как и в Австралии - например, путешествия новичка на небо и под землю, - а также сходства, отмеченные в практике шаманизма по всему миру, указывают на архаическую стадию в истории религии, на которой преимущественно сформировались явления, давшие истоки различным формам шаманства. Конечно, это не означает, что определенные формы шаманства не подвергались с течением времени сильным влияниям высших и более поздних культур. Шаманство Центральной Азии и Сибири, например, несет явные следы иранских (в конечном счете, месопотамских), индийских и буддистских влияний. Априори нельзя исключать возможность азиатских влияний на мистические техники Австралии. Элькин сравнивает парапсихологические силы австралийских знахарей с искусством индийских и тибетских йогов. Хождение по огню, использование "магического шнура", способность исчезать и появляться вновь, "быстрые путешествия" и т.д. настолько же популярны среди австралийских знахарей, как среди йогов и факиров. "Возможно, - пишет Элькин, - что существует некая историческая связь между йогой, практикой оккультизма Индии и Тибета и психическими силами мужчин-аборигенов высокого звания. Индуизм распространился в Ост-Индию. Йога - культ в Бали, и некоторые из замечательных подвигов австралийских знахарей имеют параллели у коллег-профессионалов в Папуа".

Если бы предположение Элькина оказалось верным, мы должны были бы иметь в Австралии ситуацию, сравнимую с ситуацией в Центральной Азии и Сибири. Но, опять же, это не значит, что совокупность обрядов, верований и оккультных техник австралийских знахарей была создана под индийским влиянием. Архаическая структура большинства этих ритуалов и верований очевидна. Более того, австралийский знахарь стоит в центре наиболее сакральной, то есть старейшей религиозной традиции своего племени. Его "магические трюки" - архаического типа, и большинство из них практикуется шаманами и колдунами других примитивных культур, где трудно предположить индийское влияние (например, в арктических зонах и на Огненной Земле). Мы удовлетворимся только коротким описанием одного из этих "трюков", а именно "магического шнура". Мы приводили пример знахаря вирадьюри, который использовал магический шнур, чтобы забраться на небо. Согласно информации, собранной Берндтом, шнур дал Байаме, он "впел" его в тело новичка. Во время инициации или перед собранием полностью посвященных (инициированных) мужчин доктора демонстрировали свои силы "выпеванием" шнура; лежа на спине под деревом, они вытягивали из себя шнур "так, как паук вытягивает из себя нить паутины, и взбирались по нему, перехватывая его руками и достигая вершины дерева" Они затем "посылали" шнуры на соседнее дерево и "проходили" к нему по воздуху.

Магическое представление, свидетелем которого был знахарь вирадьюри во время своей инициации примерно в 1882 г., включало хождение по огню и подъем по магическому шнуру. В этом случае "умный человек" из племени вонгаибон" лег на спину у ствола дерева и "выпел" свой шнур; шнур поднялся прямо вверх, и знахарь полез по нему, долез до вершины, где, на расстоянии примерно сорока футов от земли, было гнездо. "Пока он лез, он был все время в одном положении - голова откинута, тело вытянуто, ноги в стороны и руки в стороны - так же, как когда он "выпевал" свою веревку. Он залез в гнездо и сидел там, махая руками людям внизу. затем он спустился так же, как паук по паутине, спиной к земле. Когда он отдыхал на земле, было видно, как шнур опускается вниз и уходит в его кишечник". Подобные "трюки" известны также и в других примитивных обществах. Например, шаман она, одного из племен Огненной Земли, владеет "магическим шнуром" длиной почти в три метра, который он достает изо рта и который мгновенно исчезает, когда он проглатывает его. Как мы утверждали в предыдущем исследовании, такие магические подвиги можно сравнить с "фокусами с веревкой", которые проделывает факир. В самом деле, два составляющих элемента трюка с веревкой, а именно, лазание помощника мага по веревке и расчленение его тела, встречаются совокупно в традициях австралийских знахарей. Важность этих трюков очевидна: они иллюстрируют оккультные силы знахарей, их способность переступать пределы "этого мира" и действовать как сверхъестественные существа или мифические герои. То, что знахарь взбирается на вершину дерева по "магическому шнуру", - "доказательство" способности знахаря подниматься в небо и встречаться с высшими существами.

Мирча Элиаде. Религии Австралии. "СПб.: Университетская книга", 1998. С. 239-244.

3

http://psylib.org.ua/books/torch01/txt06.htm
Е.А.Тоpчинов

РЕЛИГИИ МИPА: ОПЫТ ЗАПPЕДЕЛЬНОГО
ПСИХОТЕХНИКА И ТPАНСПЕPСОНАЛЬНЫЕ СОСТОЯНИЯ

К элементам шаманизма в античной религии можно отнести и экстаз вакханалий, и идею энтузиазма как одержимости божеством, и связанную с ней практику оракулов и некромантов, а также концепцию Гадеса как подземного мира мертвых. Однако эти моменты являются универсальными, присутствующими в большинстве архаических и древних культур, а потому не специфически античными. Кроме того, вакхический экстаз структурно серьезно отличается от шаманского и приближается к экстатизму рассматривавшихся выше ближневосточных культов. Вслед за Элиаде отметим также, что подлинно шаманистические элементы просматриваются в религиозной практике, связанной с культом не Диониса, а Аполлона. Это подтверждается и далеким северным, гиперборейским происхождением культа Аполлона. Интересна легенда о полете Аполлона на стреле, выпущенной из его собственного лука: в скифской религии стрела – символ "волшебного полета", важного элемента шаманского камлания. Шаманистическим по своему характеру является и тесно связанный с Аполлоном образ Аристея Проконнезийского (сын Аполлона и нимфы Кирены, а по существу – древнее божество, почитание которого было вытеснено культом Аполлона). Он впадал в экстатическое состояние, а Аполлон "ухватывал" его душу. Аристей мог появляться одновременно в разных удаленных друг от друга местах и сопровождал Аполлона в виде ворона, что вполне соответствует превращениям шаманистического типа.

Гермотим из Клазомены мог на многие годы покидать собственное тело, принося из своих длительных духовных странствий мантическое знание и способность предвидеть будущее. Наконец, враги сожгли бесчувственное тело Гермотима, и его душа более не вернулась (см. "Естественную историю" Плиния, VII 174).

Эпименид Критский долгое время спал в пещере Зевса на горе Ида (как помнит читатель, Ида – гора в Малой Азии, тесно связанная с культом Кибелы, а если учесть, что само имя Кибелы означает "пещера", что имеет вполне определенный ктеистический смысл, то этот образ покажется вдвойне интересным в контексте перинатальной тематики мифов о Кибеле и Аттисе). Из этой пещеры он вышел знатоком "энтузиастической мудрости", то есть психотехнической практики. Затем он много странствовал, неся с собой науку врачевания, предсказывал будущее как "экстатический мудрец", открывал скрытый смысл прошлых событий и как катарсический жрец заклинал демонические злодеяния, вызванные дурными поступками прошлого. Во всех этих способностях и деяниях Эпименид выступает персонажем шаманистического типа.

У северных народов греческого культурного круга (фракийцы, геты) также просматриваются элементы шаманистической религиозности. Страбон рассказывает о гетских капнобатах, служителях, входивших в экстатическое состояние. Слово "капнобат" может, согласно Элиаде, быть интерпретировано как "ходящие в воскурении", что, вполне вероятно, намекает на употребление ими наркотических курений для вхождения в экстатическое состояние, как то имело место и у фракийцев, и у скифов. Капнобатами были, видимо, гетские танцоры и колдуны, входившие в транс указанным выше способом.

Но особенно интересен для нас миф об Орфее, являющийся своего рода квинтэссенцией шаманистического элемента в древнегреческой религии. Самый важный шаманистический момент здесь, конечно, его спуск в Гадес с целью возвращения души его жены Эвридики, вполне вписывающийся в практику шамана. По крайней мере, один вариант мифа об Орфее не упоминает о его неудаче в конце этого деяния. Но Орфей имеет и другие черты великого шамана: он наделен даром врачевания, любит музыку и чарует ею зверей, владеет волшебством и обладает даром предсказаний. Даже его функции культурного героя находятся в полной гармонии с шаманским предназначением. Разве шаманизм не рассматривает первого шамана как посланника верховного божества, имевшего своей целью избавление людей от бед и их "окультуривание"? И еще одна деталь мифа об Орфее отчетливо шаманистическая. После того как за пренебрежение культом Диониса он подвергается растерзанию менадами, обуянными экстазом вакханками, его голова плывет на остров Лесбос, распевая песни (видимо, сакрального характера). Впоследствии ее еще долго, сообщает миф, использовали для прорицаний. Любопытно, что и сейчас черепа умерших юкагирских шаманов используются для предсказаний.

4

кажется я понял, в чём суть шаманизма.
ну короче, шаман, это то же самое, что и психотерапефт.
он входит в подсознание человека и вытаскивает его "я", которое заблудилось в потёмках его души. =)
шаман, проводник в мире безсознательного.
серьёзное дело, однако.....

5

Антоххха пишет
кажется я понял, в чём суть шаманизма.
ну короче, шаман, это то же самое, что и психотерапефт.[/b]он входит в подсознание человека и вытаскивает его "я", которое заблудилось в потёмках его души. =)

Божества бывают разные. Языческие (а шаманизм имеет к язычеству самое непосредственное отношение) меня не напрягают. Да, Одиссей бросил им вызов, чтобы быть свободным. Но можно ли быть свободным от неба, солнца, ветра, дождя? А это -- божества, к которым обращаются шаманы. Они могут обращаться к Горе, если там сегодня будет охота, например, и эта Гора для них -- божество, или ручей, он тоже духовен, живой, он услышит, поговорит, поможет.
Так все в "Аватаре", который не есть призыв к абсолютной свободе, строится на том, что планета -- живая. Можно пообщаться с ее деревьями, они ведь тоже духовны, имеют дух, душу.
Подсознание -- это коллективное бессознательное, эгрегор предков, который сливается с Матерью природой, на Пандоре к ним обращаются и "могут даже услышать", а уж помочь -- тем более, как видно из фильма -- обращение услышали.
Это разве не шаманский ритуал? Не языческий? Кем тогда является Мо Ат? Она передает то, что услышала от Эйве, Матери всего живого. Но, видимо, не каждый может это услышать, а только Мо Ат. Кажется, эта трактовка близка к языческому понимагию окружающего мира. А что такое случай, везение, привидение, или их антиподы, на что может полагаться человек, если он не видит божественности окружающего мира? Даже без его какого бы то ни было при этом участия? А что тогда суеверия, если не понимание этой осознанности окружающего мира?..Назвать можно духами, божествами, в этом есть разница?

6

меня тут обеспокоил один вопрос, на который я сам себе же и отвечаю.

многие люди, почти все, интересующиеся тонким миром, всё же боятся вступать с ним в контакт, потомучто просто боятся, что у них съедит крыша. это нормально, так-как крыша действительно может съехать. может просто перепутаться астрал с реалом, как у шизиков, или произойти некоторые изменения личности.
поэтому нужно иметь якорь в виде близкого человека, которому Ты доверяешь и который будет оставаться на земле во время Твоих путишествий и быть Твоей надёжной опорой. =)

я например очень много курю сигарет. и знаете, почему? потомучто когда я перестаю курить, у меня едит крыша.
многие люди пьют, якобы от одиночества. а истиная причина такова, что если они небудут пить, у них просто съедит крыша. =)
многие люди каждый день ходят на работу, как тупые роботы , несмотря на то, что получают нищенскую зарплату. а знаете почему? потомучто если они не будут этого делать, у них просто съедит крыша. =)))))
отец мне как-то сказал, мол, семья ему нужна для того, чтобы у него не съехала крыша.

все эти якори в земном мире нужны для того, чтобы у человека не съехала крыша =)

вот интересная штука, человек стремится отгородиться от мира, чтобы создать свой, внутрений мир. а на деле получается, что у него от одиночества просто съезжает крыша, потомучто если ты один, это ещё не значит, что ты в полной безопастности и тебя никто не тронит =))))))

так-что так - быть одиноким, это пожалуй великий труд и великая работа, а не обречённость.
человек не обречён на одиночество, он сам выберает себе этот путь и прилогает огромные волевые усилия, чтобы двигаться понему и не сойти с ума =)

а ведь у многих таки съезжает =)

да и кстати, мы боимся проявлять свою силу и вынуждаем себя быть слабыми тоже по этой же причине,
мы просто боимся улитеть и не найти дорогу домой.

вот за этим и нужен шаман-психотерапевт,
чтобы возвращать людям их потереные души, или частички их души =)

так-что всё серьёзно, ёба!!!!!!

7

Слово шамана и дело НКВД

Эти удивительные события, связанные с перезахоронением шамана, произошли в 1930-е годы в Горном улусе. Уже в наше время их детали и подробности собрал воедино учитель из села Бэс-Кюель И.И. Павлов. В августе 1992 года, накануне первой международной конференции по шаманизму в Якутске, он впервые опубликовал свои материалы в нескольких номерах улусной газеты на якутском языке. После знакомства с ними у меня возникло большое желание пересказать их в переводе на русский с некоторыми сокращениями читателям "Якутии" и будущей книги "Тайны вуду и шаманизма".

Главным действующим лицом происшедшей истории, и не только истории, а следственного дела, заведенного органами НКВД (что придает случившемуся особую окраску и достоверность), был ойун Моньогон. В переводе с якутского его имя означало "Черная смородина", но чаще земляки называли своего знаменитого предка-шамана просто Стариком.

Просьба с того света
Моньогон жил на их земле лет за 150--200 до упомянутых событий, тогда, когда она еще входила в ныне не существующую большую Атамайскую волость. Передававшиеся из поколения в поколение предания гласили, что Старик был не совсем обычным шаманом - он никогда не камлал, не пользовался бубном и специальным костюмом, но зато очень быстро и умело лечил больных заговорами ("одними простыми словами"), массажем, настойками трав и минеральных веществ, снимал сглазы и проклятия и вообще защищал свой род от всяческих бед. Моньогон отличался очень маленьким ростом, сильной худощавостью и ясными пронзительными глазами, взгляда которых не мог выдержать никто. Среди людей о нем еще при жизни ходила слава как об очень добром, участливом и отзывчивом человеке. Она же сопровождала Старика после смерти, но, как всякого ойуна, ушедшего в иной мир, его побаивались и почитали.

Прежде чем продолжить повествование дальше, я вынужден сделать отступление и рассказать, как было принято в старину хоронить шаманов, иначе для непосвященных наш рассказ будет не совсем понятен. Так вот, до прихода русских якуты (и вообще почти все жители лесной зоны северо-востока Азии) использовали воздушные захоронения -- арангасы. Внешне они представляли из себя специальные помосты-лабазы, естественными столбами которых обычно служили деревья, соединенные между собой площадкой на высоте полутора-двух метров. На эту площадку и устанавливался гроб в виде колоды, выдолбленной из двух половинок расщепленного ствола дерева. Конечно, рано или поздно стволы и перекладины истлевали, и колода оказывалась на земле, но при огромных лесных массивах и очень небольшом населении редкие останки в тайге не представляли санитарной опасности. После присоединения Якутии к России православные священники и светские власти сразу же воспротивились такому "нехристианскому" погребению и быстро запретили его. Умерших стали хоронить в могилах, но поскольку шаманы были как бы главными выразителями и носителями язычества, для них еще очень долго делали исключения. Более того, обычаи требовали, чтобы останки больших шаманов перезахоранивались трижды - два "срока" они должны были отлежать в арангасах, а затем уже упокоиться в земле.

В свое время, еще в XIX веке, когда истлел и разрушился первый арангас, останки Моньогона со всеми полагающимися обрядами переложили в новый. И вот в конце двадцатых и начале тридцатых годов, хотя захоронение Старика было еще вполне крепким, он вдруг стал являться во снах и видениях загнанным советской властью в подполье окрестным шаманам и просить, чтобы его перезахоронили в третий раз - окончательно, в землю, поскольку "его духу пришел срок улететь на небо". В прежние годы, конечно, подобное пожелание было бы сразу же выполнено, но на волне большевистской борьбы с "пережитками прошлого" и нарождающегося сталинского террора как-то не находилось смельчаков, решившихся бы взять на себя исполнение воли ойуна. Хотя тайно земляки время от времени появлялись у арангаса и приносили в жертву традиционные пучки конских волос, чай, табак, водку, сопровождая их своими просьбами. Старик "ждал" несколько лет, потом начал предупреждать о возможных неприятностях, а затем и впрямь по обеим ветвям его потомков (а они составляли большинство жителей села Атамай) пошли болезни, смерти, сумасшествия и прочие беды. Настолько заметные и сильные, что люди стали разбегаться с "проклятого" места, недавно красиво поименованного колхозом "Красная звезда".

Обиженный ойун стал напоминать о себе и с помощью своих духов. На озере рядом с его захоронением то и дело плавал белый лебедь или вышагивал по берегу серый журавль. Время от времени выходил к воде, протоптав от могилы до озера заметную тропку, большой черный глухарь. Всех их, конечно, можно было бы принять за обычных птиц, но те, кто в первое время пытались по незнанию подстрелить лебедя или журавля, мгновенно впадали в долгий гипнотический сон, а охотников за глухарем вообще скручивало судорогами. Естественно, что довольно быстро исчезли все желающие заполучить такой трофей.
А Старик все продолжал вещать с того света. И во многих случаях он к требованию о перезахоронении непременно добавлял еще одну настоятельную, странную и вызывающую невольные мурашки просьбу. Шаман говорил о том, что на кисти его правой руки истлело сухожилие и отвалившийся палец закатился под спину, поэтому необходимо вернуть его на место и закрепить. Иначе пойдут новые неприятности.

Тайная вечеря
Несчастные потомки ойуна оказались, как гласит пословица, между двух огней. С одной стороны, они боялись чего-то предпринимать из-за неминуемого гнева властей, а с другой - все сильнее ощущали на себе немилость Моньогона. И вот тут ситуацию, на их взгляд, каким-то образом разрешил конец 1936 года. Была принята знаменитая сталинская Конституция СССР, одна из статей которой формально, на бумаге (но не в реальной жизни) разрешала свободу вероисповедания. Летом следующего года сельский Совет Атамая принял решение организовать в один из выходных дней праздник-ысыах в честь этой Конституции и одновременно без афиширования, в кругу наиболее доверенных, провести перезахоронение Моньогона. Ответственным за последнее "мероприятие" назначили председателя "Красной звезды" А.С.Максимова, сам обряд должен был совершить приглашенный из другого наслега ойун Омокун, а помогать ему в этом - два знающих старца, два Семена - Кэндэй и Тэрийити. Решили вопрос и с жертвами, угощением - деньги на "затребованных" Стариком быка, корову, "пегого ясноглазого жеребца", на продукты и водку для поминального стола должны были внести по специальным ведомостям колхозники, постепенно компенсировав все затраты.

После окончания официального "сталинского" ысыаха (благо, стояла июньская белая ночь) около 80 избранных потихоньку собрались возле могилы Старика на "тайную вечерю". Проведя соответствующий ритуал и забив жертвенный скот, гроб под перестук бубна Омокуна опустили с помоста и сняли с него крышку. В долбленой колоде лежали останки, можно сказать, "нетленные мощи" действительно очень маленького человека. Конечно, взоры присутствующих тут же устремились на правую руку Моньогона, и все увидели, что на ней действительно не хватает одного пальца. Подтвердил это и сам Старик, напомнив еще раз своим голосом через камлающего в стороне Омокуна, что кисть надо привести в порядок. Два Семена под взглядами замерших от суеверного страха односельчан опасливо запустили руки под кости и истлевшую одежду и в конце концов нашарили недостающий палец. Когда потерю водворили на место и прикрепили с помощью сухожилия жертвенного жеребца, по толпе прошел вздох облегчения. Гроб Старика перенесли к последнему месту упокоения, но когда после положенных обрядов его уже готовы были предать земле, Моньогон опять начал вещать устами Омокуна и сказал, что он не сможет покинуть этот мир без провожатого. Страх новой волной захлестнул людей: никому не хотелось вдруг вот так неожиданно лишаться жизни. Все потрясенно застыли, боясь, что выбор Старика падет именно на них. Поняв это, Моньогон продолжил: "Если не найдется желающего, прямо сейчас умрет шаман. Но тогда на обе ветви моего рода падет страшное проклятие". Не успел смолкнуть загробный голос, как у Омокуна начались судороги, он стал валиться на землю. И тут из толпы вышел 70-летний Григорий Федоров, подхватил падающего шамана и сказал, что достаточно пожил на земле и готов выполнить волю Старика. Все остальные еще раз перевели дыхание и довели дело до конца.
Однако, уже прощаясь, Моньогон опять заставил поволноваться собравшихся: "Из-за сегодняшнего дня некоторых из вас в будущем ждет большая неприятность. Она случится по вине одного молодого человека и дойдет до суда. Но вы говорите только правду и потерпите несколько месяцев. Я сам явлюсь в городе к кому надо, и ваши страдания на этом кончатся".

Хоть и с неприятным осадком в душе, но зато с чувством наконец-то исполненного долга люди разошлись по домам. Естественно, что всех их теперь особенно интересовал Григорий Федоров. Но доброволец, казалось, не ощущал в своем состоянии никаких перемен: спокойно отдохнул после ысыаха, поел, распорядился детям по хозяйству, лег спать и... умер. Хоронили его всем миром, как героя.

Преступление и наказание
Вскоре дела в Атамае пошли на лад - исчезли болезни, прекратился падеж скота, поднялся на редкость хороший травостой, стали возвращаться на родину прежние беглецы. Но в один прекрасный день молодой ревизор-уполномоченный из райцентра, не застав на месте председателя колхоза, сам решил просмотреть его документы. И обнаружил среди них папку с надписью "Дело по расходам Старика" со всеми ведомостями и денежными расчетами. Молодец быстро сообразил, что перед ним и какую на этом можно сделать карьеру, и поспешил вернуться в райцентр.
Так родилось следственное дело "по хищению госсобственности, религиозной пропаганде и убийству", дававшее право в соответствии со знаменитой 58-й статьей назвать главных виновников "врагами народа". Через несколько дней председатель колхоза, шаман и оба Семена были арестованы, а остальных участников ритуала начали вызывать на допросы.
Вспомним, что на дворе стоял 1937 год. Поэтому в райотдел НКВД тут же поступило сверху указание не упустить такой возможности, максимально "раскрутить" дело и организовать громкий показательный процесс. Все к этому и шло. Но через четыре месяца вдруг совершенно неожиданно для приложивших столько усилий энкавэдэшников из Якутска поступило распоряжение главного прокурора республики, предписывающее... "прекратить дело за отсутствием состава преступления". Прокурор мотивировал свое решение тем, что после принятия Конституции в селе Атамай вышестоящими властями не было проведено по ней официального разъяснения и поэтому неграмотные колхозники "неверно истолковали пункт о свободе вероисповедания". Согласитесь, что для времен сталинского террора мотивировка была смехотворно неосновательной. Но прокурор есть прокурор, и, разведя руками и помянув его недобрым словом, следователи вынуждены были выпустить узников. Видимо, Старик, как и обещал, похадатайствовал в городе "перед кем надо".
Через какое-то время все птицы-духи с берега озера исчезли и больше никогда не появлялись. В середине 70-х годов на могилу Моньогона наведались этнографы, они осмотрели ее, описали, сделали снимки. А перед самым уходом у фотографа вдруг пропал бумажник с деньгами и документами. Гости буквально обшарили всю полянку вокруг захоронения, но так ничего и не нашли. Добравшись до села и проявив пленку, фотограф с горечью обнаружил, что на ней ничего не получилось, но зато на него самого все лето наваливались напасти...
Говорят, что с 80-х годов Старик никак себя не проявлял, может быть, его душа и духи действительно теперь уже навсегда покинули этот мир.

Владимир Федоров
газета "Якутия

8

Шаман по прозвищу Мертяко

«…Однажды, кода я была ещё маленькой девочкой, к нам в стойбище пришёл шаман по прозвищу Мертяко. Дети прятались от него, уж больно пронзительно смотрел он на всех. От его чёрных глаз и всего облика веяло такой таинственностью...
…Вечером мама одела нас потеплее и повела к соседям, где лежала умирающая женщина. Чум уже был полон народу: мужчины, тесно прижавшись друг к другу, сидели на почётных местах, женщины и дети расположились, как всегда у самого входа. «Гой, гой, гой!!!», – запел протяжно Мертяко, всё сильнее и сильнее стуча в бубен. Лицо его исказилось до неузнаваемости, он уже общался с духами. И вдруг его как кто-то подхватил, завертел над костром, выламывая ему конечности. Дети и женщины от страха закрыли глаза. Наконец шаман упал в изнеможении, только руки его и тело вздрагивали…
…Через три дня больная пришла в себя и попросила накормить её. Ещё через несколько дней она встала на ноги… С тех пор прошло много времени. Иногда в тундре я встречаю эту уже совсем старую женщину, и знаю, что она после того лечения шаманом никогда ничем не болела…»

Из книги Нины Ядне «Я родом из тундры»

9

Иван Грозный и лопарские шаманы

В средние века и даже позже лопарские шаманы (а особенно - шаманки) - нуйэты считались самыми сильными в Европе. Их услугами однажды фатально воспользовался сам Иван Грозный.

В 1584 году лопарских нуйэтов по указу царя привезли в Москву для объяснения небесного знамения - кометы. Случилось это в канун Крещения привезли целых 60 шаманов-нуйэтов. Устроив коллективное гадание, они с печалью объявили, что жить государю осталось считанные недели, и он умрет 18 марта нынешнего, 1584 года.
Понятно, что такой прогноз очень не понравился Грозному, в чьи планы не входил столь быстрый конец. Возмущенный явной, по его мнению, ложью и желанием ему скорой смерти, он повелел именно 18 марта сжечь принародно развенчанных колдунов. Когда утром указанного дня живой и здоровый царь приказал передать шаманам, чтобы они готовились к казни, те в ответ заметили, что еще не вечер. И оказались правы в очередной раз - Иван Васильевич внезапно испустил дух перед ужином...
Газета "Якутия"

10

История мичмана флота Ф.Матюшкина

Конечно, самым настоящим и часто очень точным было шаманское гадание-озарение во время транса. Хочется привести только один из множества подобных примеров, свидетелем которого был "мичман флота" Ф.Матюшкин, ближайший друг-лицеист А.Пушкина.

Судя по стилю писем-отчетов из Якутии, которую он исследовал несколько лет, Матюшкин не был ханжей и академическим занудой да к тому же еще отличался и смелостью. Увидев по дороге на Колыму предновогодней ночью огонек в глухой тайге, он тут же повернул к нему, несмотря на резкий протест проводника. Последний опасливо утверждал, что в этой юрте живут черти. Вообще-то проводник действительно был недалек от истины - перед ними оказался специальный шаманский чум, где как раз разворачивалось очередное действо. Выскочившие навстречу незваным гостям тунгусы, увидев "русского тойона", принялись умолять его не мешать шаманить. Матюшкин успокоил их.
"Я не протопоп, -- сказал я, засмеясь,-- и я тоже буду спрашивать вашего шамана о будущей моей участи". Мои слова тотчас же были переведены, и доверие, радость возвратились на все лица. Я вошел в юрту. Несколько женщин сидело вокруг огня, а шаман ходил взад и вперед по разложенным на полу шкурам баранов. Длинные черные волосы почти совсем закрывали лицо его, кровью налившееся, зверообразные глаза сверкали из-под густых нависших бровей. Странная его одежда, обвешенная ремнями с железными, медными и серебряными оконечностями, бубны в правой руке и лук в левой - все, все давало ему какой-то страшный вид (и он довольно был похож на черта московского театра). Упершись головою на лук, он начал кружиться в молчании около одной точки, стал водить руками над головою и делать движения, подобные тем, какие делают наши магнетизеры. После этого вдруг ударил в бубны и стал скакать с чрезвычайным проворством, корпус его изгибался, как змея, голова его обращалась около шеи, как колесо, с таким невероятными проворством, что и теперь не могу довольно надивиться. Наконец упал без чувств на землю. Его подняли, все лицо его было в крови, он обтирал оное, и кровь все вновь выступала из-под кожи (какое ужасное напряжение!). Наконец, он совсем встал и уперся на лук - каждый его спрашивал. Ко мне шаман был очень милостив. Если верить словам его, все, все будет успешно и я все время буду здоров и через 3 года в Царском Селе!
"Какую я люблю девушку?" -- спросил я у него. -- "У твоей девушки глаза, как лазурь неба, а волос, как слабый свет луны (светло-русые)" -- "Сколько ей лет?" -- "Добра ли?" -- "Умна ли?" -- etc..., etc... "Любит ли и помнит ли меня?" -- "Если бы она сама о сем меня спрашивала, я бы ей отвечал".-- "Черт тебя возьми!" -- сказал я ему с сердцем. "Я уже и так достояние ада", -- сказал он очень хладнокровно. -- "А я?" -- "На тебя они не смеют смотреть, твоя душа не принадлежит им". - "И за это благодарю". Потом его начали спрашивать другие. Я не суеверен, но если чудеса, которые рассказывают о месмеровом магнетизме, не ложь, то...то... Но теперь ведь грех в Петербурге говорить о шаманах".
В конце письма Матюшкин сообщает, что "мелкие обстоятельства, которые со мной случились по приезде моем в Средне- и Нижне-Колымск, сколько и не были невероятны, но все с удивительною точностию были предсказаны шаманом".
Что же касается обстоятельств крупных, то процитированное письмо было отправлено Матюшкиным из Нижнеколымска в последние дни 1820 года, в самом начале работ экспедиции под руководством Ф.Врангеля. Впереди "мичмана флота" ждали четыре труднейших и опасных похода через всю Якутию в ее заполярную и арктическую зоны, и все они завершились успешно, с хорошими результатами. Он вернулся в Петербург ровно через три года в полном здравии и на крыльях славы, быстро пошел в рост, дослужился до адмирала, стал сенатором и пережил своего ровесника Пушкина на 35 лет. Думается, Матюшкин не раз потом вспоминал предсказания тунгусского шамана.

Возвращаясь к диалогу бывшего лицеиста с шаманом-ясновидцем, отметим, что особенно интересной в их разговоре оказалась одна деталь, поразившая тогда и самого путешественника, - шаман назвал девушку мичмана голубоглазой, хотя в далекой глухой тайге (2000 верст от Якутска) ни он сам, ни кто-либо из его соплеменников прежде никогда не встречали голубоглазых людей. Матюшкину даже пришлось подтвердить любопытствующим тунгускам, что такие "нечеловеческие" глаза и вправду встречаются у русских. Выходит, шаман действительно увидел девушку. А что касается оставленного без ответа вопроса о том, любит ли и ждет далекая зазнобушка Матюшкина, то "волшебник", может быть, просто не стал расстраивать "доброго господина". На такие мысли наводит факт: вернувшись в Петербург и написав отчет, Матюшкин тут же ушел на целых два года в кругосветное плавание.

Владимир Федоров
Газета "Якутия"

11

Подарок шамана

Пустячная причина может привести к серьезным последствиям, явь -трансформироваться в сон. Это жизнь с ее многообразными, а порой причудливыми формами. Но... камешек - подарок шамана - до сих пор хранится в шкатулке среди бижутерии, заколок и прочих женских безделиц...

По делам издательским меня занесло в отдаленный улус. В самую глушь, таежную сердцевину. Туда, куда лишь по реке добраться можно и то весной, по большой воде. Встречать вышли всей деревней - новый человек в диковинку. А тут гостья еще и с подарком - книгами.
Определили на постой в лучшую избу. Сразу усадили за стол: чаи гонять помногу и подолгу. Иначе какой из тебя "ленский водохлеб"? Чай по-якутски - густо заваренный, с молоком и горячий. Смачное прихлебывание сопровождало неспешную беседу. Они мне - вопросы: как там, в городе, да почем? А я им - ответы: так, мол, и столько. В раскосых глазах - живой интерес.
Но, как говорят здесь: "Чай не пил - какая сила! Чай попил - совсем ослаб". Вот и меня не скоро, но разморило. На улицу вышла воздухом подышать. Хотя где тут улица: несколько домов на берегу реки, а вокруг, сколько хватает глаз, зеленое море.

Тайга всегда вызывала у меня какой-то священный трепет своей безбрежностью и величием. Пугала, но тем же и притягивала. Размышляя, я незаметно для себя уже переступила ее границу. На сей раз лес встретил меня как радушный хозяин: одобрительным гулом вековых крон, золотом отливающих в лучах предзакатного солнца. Приветливым разноголосьем. Под ногами - брусничный ковер вперемешку с ржавой хвоей и сухими сосновыми шишками. Тут я и увидела красный цветок с пурпурными крапинами на изогнутых лепестках. Он рос одиноко посреди зеленого многоцветья. Саранка - якутская лилия - самый роскошный цветок неброской сибирской природы. Только настоящие саранки распускаются позднее, да и растут все больше на болотах и склонах. Не удержавшись, нагнулась над "аленьким цветочком", но не сорвала, а только рукой лепестков коснулась, чтобы убедиться в его реальности. Пальцы тут же окрасила пыльца. - Красная, как кровь, правда? Я подняла глаза на неизвестно откуда возникшего молодого якута. Высокий. Белокожий. Черноволосый. Поразили глаза: красивые, цвета черного бархата, но застывшие, устремленные куда-то сквозь меня вдаль.

- Действительно, как кровь, красные. Мне раньше все оранжевые попадались.
- Говорят, первая саранка выросла из сердца героя.
- А ты, собственно, кто будешь: лесник или леший? Что-то я тебя в деревне не видела.
- Я к "шаманскому дереву" за обечайкой иду, ну, обручем для бубна, - уклончиво ответил парень.
- Кому нужен теперь бубен, если шаманы, как мамонты, вымерли? Да и что это за дерево? Яблоня с золотыми яблоками?

- Нет, оно с виду обычное. Но в нем живет дух шамана. И у каждого шамана оно свое - единственное. А бывает еще "мировое дерево".
- Что-то не припомню такую породу.
- Оно соединяет три мира: растет на земле, вершиной достигает неба, а корнями уходит в "нижний" мир.- Он говорил несколько нараспев.
- Ты искусствовед?
- Скорее духовед - шаман.
- Точно? А не того?..
- Да нет вроде. Хотя мы и другие. Ведь нам многое дано.
- Так покажи свои трюки-фокусы. Покамлай хоть, что ли!
- Мы не шуты на потеху публики, - ответил он, не реагируя на шутку. - Мы помогаем людям: приносим удачу, исцеляем, изгоняем злых духов. И тебе я помогу.
- А я здорова. Или, может, статью за меня напишешь? Есть тут у вас один герой - Василием Ивановичем зовут, хотя фамилия и не Чапаев. На войне он снайпером был, два ордена солдатской Славы имеет и до сих пор знатный охотник - белке в глаз попадает. Знаешь такого?
Парень кивнул. А я облегченно вздохнула: местный, значит, из деревни. За сотни километров другого жилья нет.
- Так ты - шаман, говоришь?
Он снова кивнул. Но его бледное фарфоровое лицо оставалось застывшим, а глаза неподвижными.
- Поверю, пожалуй. И знаешь, почему? Моя прабабка - эвенка - тоже кудесница была. Только звалась скромнее колдуньей. Кровь заговорить или там ребенка успокоить - для нее пустяки были. Правда, говорят, могла и порчу напустить. Ее и уважали, и побаивались. Может, и мне ее сила передалась, только я этого не знаю.

- И у шаманов кровь родственная. Но только стать им может не каждый. Их духи выбирают и отмечают "шаманской болезнью".
- Что за болезнь такая? Не заразная хоть?
- Не заразная, но тяжелая, - ответил он без тени улыбки. - Путь шамана к познанию проходит через страдания. Так угодно духам. Все проводники высших сил принимают муки за людей. И в вашей религии тоже. А вообще, жизнь - и есть страдания.
Он говорил тихо, чуть растягивая слова, но тяжелыми градинами они вбивались в сознание и легкой дрожью растекались по коже. Нас-то учили другому: "Человек создан для счастья, как птица для полета". И слова шамана были откровением, которому я невольно верила.
Солнце становилось все бледнее. Деревья мрачнели и уже вплотную обступали нас. Мы двигались вглубь. Но я почему-то не противилась этому, а покорно шагала рядом с ним. Вдруг нога моя куда-то соскользнула. С хрустом, ломая валежник, я полетела вниз и тут же вскрикнула от пронзительной боли. Я оказалась на дне звериной ямы. Боясь пошевелиться, просто смотрела на ставшее с овчинку небо и молча плакала. Тень парня оттуда, сверху, уже протягивала мне длинную корягу.

- Как ты? Подняться сможешь?
- Попробую.
Облокотясь, я потянулась к коряге. Боль мощной волной прокатилась по ноге и росинками испарины выступила на лице. Закусив губу, я упорно продолжала ползти. Сил оставалось все меньше, ровно столько, чтобы выбраться из ямы. Лицо, склоненное надо мной, стало размываться, но голос звучал все также отчетливо:
- Жди меня! Скоро вернусь!
- А если сбегу? - я еще пыталась шутить.

Боль в ноге становилась нестерпимой, туман в глазах - гуще. Веки тяжелели...
Сколько времени прошло, неизвестно. Я открыла глаза и увидела в сумраке метрах в пяти от меня яркое пятно костра. Огонь с треском поглощал сучья, отстреливая в небо мельчайшие звездочки искр. Рядом неподвижно сидел мужчина, уткнувшись взглядом в танцующие языки пламени. Лицо сокрыто от меня, но странный его наряд, освещенный всполохами огня, был хорошо виден - просторный балахон с бахромой вокруг ворота и по подолу. На рукавах и спине - металлические пластинки и подвески, некие символы в виде загадочных фигурок.
Вдруг тело его затрепетало. Он резко вскочил, схватил бубен и сильно ударил по нему колотушкой. Человек повернулся, и я узнала шамана. Только лицо его теперь обезображивала гримаса, а глаза были полуприкрыты. Я смотрела, как завороженная.
Удары в бубен все учащались и усиливались. Начиналось камлание. Во власти видений шаман то резко прыгал, то кружился волчком, размахивая руками, точно боролся со злыми духами. А потом упал на траву, забился в судорогах. И замер. Все стихло на несколько минут. Наконец он зашевелился, поднялся. Бубен снова ожил в его руках. Только теперь он издавал иной звук. Легкое позвякивание утончалось. Оно становилось едва уловимым, словно это ветер зашелестел листвой. И вот последний звук растаял в воздухе. Шаман подошел ко мне и уселся напротив. Лицо его разгладилось, но ничего не выражало. Глаза по-прежнему были полуприкрыты. Он достал откуда-то почти круглый камень размером с крупное яблоко и начал тереть его и тискать в руках. Из камня посыпались на землю мелкие камешки, такие же круглые, как и большой. Они все сыпались и сыпались, образовывая горку, но крупный камень не становился меньше. Вдруг камни исчезли. И только один, черный, с горошину, остался лежать на его ладони. Шаман молча протянул его мне. Я также молча приняла подарок. И, опасаясь, что камешек исчезнет, как и другие, тут же зажала его в руке. Шаман поднял свой бубен и пошел прочь. Пораженная, я не осмелилась окликнуть его и только смотрела вслед. До тех пор, пока он не скрылся из виду.
Повеяло тонким цветочным ароматом. Присмотрелась. Саранка. Та самая. Капелька крови в белой ночи. Теперь я знал где нахожусь и куда идти. Вот только как? Внутренне приготовившись а к боли, я слегка пошевелила ногой. Но боли не почувствовала. Без труда поднялась. Странно: никаких признаков недавних мучений. Может, и не было ничего: ни шамана, ни медвежьей ямы, ни падения, ни перелома...
Но есть вот эта саранка. Бражник зацепился за лепесток и, балансируя крыльями, устраивался поудобнее на цветке. Затем ловко просунул свой длинный хоботок в нектарник. И этот мохнатый полуночный гость - бражник - тоже есть. И люди, которые уже беспокоятся за меня, а среди них герой будущей статьи. Но есть и камешек - подарок шамана.

Ирина Выбоч
газета "Якутия"

12

Гнев шамана

Я хочу рассказать о своем отце Турпанове Алексее Павловиче. Родился он в 1941 году, в начале Великой Отечественной войны, в поселке Нелемное, Верхнеколымского района, где живут лесные юкагиры.

С 13 лет он ходил с дедом на охоту, позже стал кадровым охотником. Женился на девушке из села Верхнеколымск, и родилось у него шестеро дочерей. Мой папа очень многое видел: и хорошее, и плохое. Когда мы были маленькими, он рассказывал нам истории, которые произошли в его жизни. Все истории были очень интересны, но один рассказ заинтересовал меня больше всего. И я хочу вам поведать о нем.

Это было в 1958 году. Мой папа и его друг Николай были юными, смелыми и жизнерадостными ребятами. Охота для них была как игра. Руководством колхоза они были закреплены к двум старикам-охотникам. Такая хорошая практика широко применялась при советской власти. Старики учили их промыслу, строгим обычаям и раскрывали тайны тайги. Один из стариков, лет 70-ти, был очень мудрым, честным и добрым. Часто рассказывал вечерами свои истории, когда ребята приходили уставшими, проверив свои ловушки на пушного зверя. Замерзшие от холода, они грелись, сидя у печки в палатке. Пили горячий чай. Старик, подкидывая поленья один за другим в печь, учил и советовал молодым. А за палаткой, укрытой оленьими шкурами, в ноябре с воем проносится пронзительный ветер, несясь по необозримым просторам колымской тайги. В то время тайга была богата своими дарами. Дед рассказывал истории и курил трубку, затем останавливал свой рассказ и думал о чем-то.

На утро пришло время переселяться в другое охотничье угодье. Старик сказал им: "Ребята, вы поезжайте вперед, поставьте палатку на хорошем месте и ждите нас. Растопите печку и приготовьте дрова на ночь, а мы тут все уберем и приедем вслед за вами. Но очень просим вас, когда будете проезжать место, где захоронен шаман, поклонитесь и молча тихо езжайте дальше". Старик еще добавил, что великие шаманы свою силу сохраняют много сотен лет, и все слышат. И они с радостью поехали вперед на оленьих упряжках. По дороге говорили и смеялись, не веря в их рассказы о шамане. Николай сказал: "Даже если его похоронили, что он сделает, ведь он умер давным-давно". Отец сказал: "Давай", и засмеялся, говорил: "Даже Бога нет, ведь учитель говорил нам, что нет ничего, кроме нас на земле". Увидели пригорок и высокое сухое дерево, на самой макушке был маленький домик. Им стало интересно, и они остановились возле "Аранаса".

Для захоронения умерших шаманов выбирали высокое место и высокое дерево, и строили сруб вроде маленького амбарчика без единого гвоздя. И это место было святое. Даже когда горел лес, то огонь мимо этого места проходил.

Ребята поставили палатку. Отец мой залез на дерево и забрался без труда в домик. По рассказу отца он увидел в углу стрелу и копье, а с правой стороны бубен и одежду. Посуда стояла у ног шамана. Отец взял бубен и одежду, спустился вниз. С Николаем они рассмотрели вещи, затем переоделись и ждали своих стариков. На улице стало темнеть, луна была круглой и освещала тот пригорок так сильно, будто прожектор горел над ними. Вскоре услышали лай собак, и проезжавших стариков. Николай стал бить в бубен, а отец танцевать танец шамана, в его одежде, крича в железную трубу. Увидев это, проезжавшие охотники испугались и поехали быстро, дальше. Когда они уехали, ребята положили вещи на место, растопили печку и легли спать. Но только стали засыпать, раздался шум, словно шаман проснулся и спустился вниз. Он начал сильней бить в бубен и танцевать, будто говорил со словами: "Убирайтесь вон!" Ребята так испугались, а от шума бубна в ушах стало больно.

Перепуганные они всю ночь сидели в середине палатки спиной к спине, держа ружья в руках, трепеща от ужаса. Было так страшно, как будто шаман хочет схватить ребят со всех сторон.

Когда начало светать, шум бубна постепенно утих, ребята быстро собрали вещи шамана, положили на место все как было. Завернули палатку, сели на упряжку и поехали вслед за стариками. Приехав на место, во всем признались старшим. Их очень сильно поругали. И дед 70-ти лет, стал кормить огонь, при этом что-то шептал, будто просил шамана, чтобы он простил ребят. На следующий охотничий сезон их разъединили по разным охотничьим угодьям. С тех пор мой отец и Николай стали верить и соблюдать строгие обычаи предков.

C.А. Турпанова, аспирантка ИПМНС СО РАН
газета Илкэн

13

Шаман Кюстях

Жители села Улахан-Ан на Лене рассказывают приезжим интересную историю и показывают отмель, на которую еще в дореволюционные времена знаменитый местный шаман Кюстях на спор посадил пароход. Мысленно заставил опытного капитана при ясной погоде свернуть на большой скорости прямо на мелководье и зарыться в песок. Да так, что до большой воды у него не осталось никаких шансов сойти с мели. Корысть этого поступка была не только в том, чтобы продемонстрировать свои, как сегодня говорят, паранормальные возможности, но и обеспечить на всю зиму окрестных мужиков выгодными подрядами на перевоз "зависших" грузов с парохода к местам их адресования.

Материальная выгода,как следствие ... :)

14

Нганасанские шаманы

Самыми сильными шаманами среди северных народов традиционно считались нганасанские, представители рода Нгамтусуо (Костёркины). За полтора века их история обросла легендами и мифами. Говорят, несколько шаманов родились хвостатыми. В одной из книг записано: «Тайбула (мужское имя), когда зимой входил в чум, хвост отряхивал».

К этому же роду принадлежал великий шаман Дюходе. Когда умирает шаман, только средний сын имеет право пойти по его стопам. Такова традиция. У Дюходе было много детей. И умирая, он передал Тубяку, среднему сыну, выкованные из железа и меди изображения духов-помощников. И хотя после смерти отца другой сын, Дюминме, всю жизнь шаманил и их сестра Нобобтие тоже стала шаманить - люди по-настоящему признали шаманом только Тубяку. Ревность и неприязнь встали между братьями. Каждый из них считал настоящим шаманом только себя. Они вредили друг другу чем могли и даже писали друг на друга доносы, из-за чего оба сидели в лагерях. Второй раз - вместе. Но и это не сплотило их, и ненавидели они друг друга до самой смерти. И шаманили до самого конца.

Дюходе
О шамане Дюходе по сей день ходят легенды. Говорят, он умел обращаться в волка и убивать одним взглядом. Он всегда находил потерявшихся в тундре людей и лечил самых безнадежных больных. К Дюходе, как к сильнейшему шаману, часто обращались люди других родов.

Нобобтиэ
Именно в советскую эпоху, когда религия была объявлена «опиумом для народа» — шаманам пришлось несладко. По преданию, во время камлания шаманки Нобобтиэ, начальник милиции Беретенников заскочил в чум, выхватил пистолет и выстрелил в горящий костёр, потом ещё раз — вверх, в дымовое отверстие чума. Чтобы духов распугать. Затем схватил Нобобтиэ и начал срывать с неё одежду. Ей удалось вырваться. А Беретенников вскоре с ума сошёл.

Тубяку
В восьмидесятые годы к Тубяку пришли полярники, совершавшие переход по всему советскому северу. Они застали старика смотрящим по телевидению старт космического корабля. «Зачем повезли в космос так много железа?» - спросил Тубяку и посмотрел на полярников с великой жалостью. - Я два раза бывал на Луне вообще без железа...»

«Люди шли к моему отцу постоянно, - вспоминает сын Тубяку Леня. - Отец никогда не отказывал в помощи. Иногда после камлания часами лежал на полу чума (в балке камлать было нельзя) и приходил в себя, как после забытья. Много сил у него уходило. Он помогал людям от многих болезней, а однажды нашел пропавшего в тундре человека: долго камлал и затем указал место, где его искать. Тот лежал под снегом, замерзший, но живой».

По материалам «АиФ» и NATIONAL GEOGRAPHIC

15

Deus написал(а):

Для захоронения умерших шаманов выбирали высокое место и высокое дерево, и строили сруб вроде маленького амбарчика без единого гвоздя. И это место было святое. Даже когда горел лес, то огонь мимо этого места проходил.

Вот и предвестники практики Магии смерти, т.е. черный шаманизм вполне вероятно явился базисом для отработки волхвами своих ритуалов.

16

Костюм Тубяку

Шаманов хоронили, как и обычных нганасан: оставляли в тундре на нартах, сверху ставили чум из лиственницы. Женщинам с собой клали посуду, мужчинам — сети, оружие, столярные инструменты. Всё это обязательно должно было быть разорвано и сломано. Нганасане верили: в потустороннем мире всё разбитое станет целым, и наоборот. Одежду шаманов тоже рвали в клочья и хоронили вместе с хозяевами, а вот металлические украшения (обладающие силой) переходили по наследству.

Однако Тубяку ещё при жизни передал свой костюм, бубен и колотушку таймырскому краеведческому музею, который находится в Дудинке. С тех пор в музее порой происходят странные вещи. Директор Ольга Корнеева в чудеса не верила, пока больше 10 лет назад к ним в музей не привезли из Петербурга восковые фигуры. Гоголевскую панночку из «Вия» (вместе с гробом) тогда пришлось поставить рядом с костюмом шамана.

— Вечером закрываю музей, ставлю на сигнализацию — ничего не выходит, — вспоминает Ольга Павловна. — Вызвала электрика, оказалось — в зале, где выставлен костюм Тубяку, провод разорван. Решили наладить утром. Приходим — а он цел. Тогда электрик ещё пошутил: «да ваш шаман с панночкой никак ужиться не может». А через пару лет в музее художники из Екатеринбурга работали. Ночевать остались. Всю ночь свет сам по себе включался и выключался. Сначала думали, что шутит кто-то, но оказалось — нет. Некоторые не решились тогда рассвет в музее встретить — ушли.

За костюмом работники музея ухаживают, как за живым существом — «кормят». Прикасаются к нему, только если запястья себе обвяжут специальной тряпочкой (защита от злых духов), сбрызгивают водкой — так просил его хозяин. Периодически в музей приходят родственники Тубяку — пообщаться с духом шамана. Его сын Леонид несколько раз надевал костюм отца, но совершить обряд у него не получилось.

В Дудинке мне рассказали ещё одну «шаманскую» историю. Когда-то там, на берегу Енисея, был музей. В нём висели картины местного художника, в том числе, и портрет шамана. Именно он каждую ночь падал со стены, как бы его ни крепили.

17

Беломорские петроглифы и сокровенные желания

Беломорские петроглифы — один из самых знаменитых памятников истории и культуры на территории Карелии. Наскальные изображения древних людей изучаются уже не одно десятилетие, выбитые фигурки внесены в каталоги, их предназначение научный мир пытается установить. Но есть у петроглифов и еще одна особенность, про которую ученые целомудренно умалчивают, а местные жители рассказывают после второй кружки пива. Дело в том, что из более чем 2 тысяч фигур и изображений немалая часть прямо посвящена взаимоотношениям мужчин и женщин, в их самой что ни на есть сокровенной наготе. Это, в общем-то, естественно. Древние люди запечатлевали в камне самые важные события своей жизни, а продолжение рода, безусловно, относилось к числу таковых.

Среди современных беломорчан данный фигурный ряд получил наименование «первобытная Кама-Сутра» и породил некоторые забавные суеверия. Так, к примеру, среди петроглифов выделяются фигуры то ли мифических героев, то ли богов с ярко выраженными и даже гипертрофированными мужскими достоинствами. По слухам, если женщина дотронется до этого изображения (некоторые версии даже прямо подразумевают вполне определенные части тела, которыми надо дотрагиваться), то в личной жизни ее ожидает большое счастье.

Впрочем, из-за технической составляющей процесса подобное взаимодействие с древними изображениями не всегда возможно, поэтому есть и более приличные верования — так многие беломорчане уверены, что если положить ладонь на центральное изображение петроглифов (называемого «Шаман») и загадать желание, то оно сбудется.

По материалам «АиФ»

18

Шаман Пешкин

Арсений Тарасеев теперь запамятовал имя и отчество шамана, который детстве спас его от смерти. Однако фамилию этого мага он помнит точно - Пешкин. А вот имя - не то Петр, не то Федор. У него было много оленей, и он считался белым шаманом, так как не делал людям зла. Крепкая мужская дружба связывала Семена Яковлевича Тарасеева - отца Арсентия с Пешкиным. Он частенько приезжал к ним в гости на "беседы" с главой семейства, а однажды заявился среди ночи к Тарасеевым "и сообщил, что видел болезнь ребенка своего друга.
Прошел в горницу, где действительно без признаков жизни с высокой температурой лежал Арсентий. Тут же пошел во двор. Зарезал небольшого оленя и уложил в шкурку от него больного ребенка. Родственников предупредил, чтобы они не беспокоились. Скоро мальчик попросил попить воды и сам шаман напоил его. Арсентий выздоровел.
Этот случай подтвердила и сестра Арсентия - Агриппина Семеновна Тарасеева. Мало того, она припомнила эпизод, тоже связанный с именем Пешкина.
Было это много лет назад. Тогда еще деревня Серково благополучно стояла на берегу своенравной Курейки. Дело было осенью. Приехал к ним в гости Пешкин и, находясь в избе, сказал, что на реке разыграется шторм и погибнут люди.
В этот день председатель сельсовета повез ребятишек в школу в другое село. Шторм перевернул лодку и школьники оказались в воде. Предупрежденные шаманом люди спасли учеников, но один из них все-таки утонул и его долго искали. Председатель сельсовета от такой трагедии был в шоке и тоже решил утопиться. Может быть, это можно назвать малодушием, а скорее всего, человек так оценил свою ответственность.
Эти истории я слышал из разных уст в Горошихе и Ангутихе. Разговорившись о шаманах у Тарасеевых, вдруг нашел подтверждение этих историй. Арсентий даже напомнил, что перенеся болезнь в детстве, он больше ничем не болел, не считая радикулита, а дедушку Пешкина помнит до сих пор.

Этноинформационный центр "Аргиш"

19

Чингисхан и шаман Муурхе

В Бурятии в устье реки Заза, это примерно в семидесяти километрах от еравнинского села Можайка, по преданию, произошла такая история:
Главный табор Чингисхана был разбит в Кырелене. В то время не соболь был особенно ценен, а черная лиса. Как говорили, "огненно-черная" лисица. Чингисхан занимался охотой и частенько гонял этих лис, ради забавы, конечно. Преследуя одну из них, оказавшуюся необычайно быстрой и хитрой, от самой Шарат-олы отряд Чингисхана оказался в устье Зазы. Тут и произошло то, что местное население до сих пор пересказывает друг другу с благоговением. Лисица, так долго преследуемая Чингисханом, неожиданно превратилась в шамана.
Это был старый орочон (эвенк) Муурхе, и он жил и молился недалеко от этого места. Что произошло между Великими — неизвестно. Однако, по преданию, Чингисхан и Муурхе решили сыграть в шахматы. При этом поле разметили, как шахматную доску, а в качестве фигур выступали живые люди — воины Чингисхана. Солдаты были пешками, офицеры встали, соответственно рангу, на остальные клетки, а главными фигурами с каждой из сторон верхом на лошадях играли сами Чингисхан и шаман Муурхе. Что удивительно, но гигантская сетка с канавами глубиной до полуметра, нанесенная кем-то на берегу таежного озера, прекрасно заметна даже сегодня. Рассказчики говорят, что Еравна ведет свой отсчет примерно с 1680-х годов. А местные буряты, скрупулезно относящиеся к своей истории, никак более не могут объяснить происхождения этих загадочных клеток. Они утверждают, что ни один из тех, кто жил или кочевал в этих краях, ни для какой цели эти рвы выкопать не мог.

В пяти километрах от того места, где по преданию состоялась историческая партия, есть место, куда вот уже несколько столетий приезжают охотники из Еравны и большинства соседних районов, чтобы помолиться духу ороченского шамана Муурхе. Без этого, как говорят сами охотники, удачи можно и не ждать. У подножия горы, где когда-то жил старик-шаман, деревья увешаны цветными лентами. Вокруг — кучи пустых бутылок и обертки от конфет — остатки от подношений. По сложившемуся столетиями ритуалу, оставив дары, нужно обязательно постучать по дереву — старик был глуховат. Когда-то здесь даже была специальная колотушка и гулкая пустая внутри лесина. Но лет десять назад все уничтожил пожар.
— Собираюсь в дацан съездить, спросить, можно ли мне новую колотушку сделать, — говорит местный охотник Жаргал, — самому-то боязно: вдруг старику не понравится!

Дмитрий Матвеев
газета "Номер один"

20

Шаман, милиционеры и таинственные чары

Жители Таштыпского района (Хакасия), в частности, до сих пор вспоминают историю, которая произошла в 30-х годах прошлого века. Один из местных шаманов тогда был арестован, милиционеры повезли его в Абакан. А по дороге из любопытства решили проверить, на что он в самом деле способен. Сказали: сделай так, чтобы здесь появился медведь. Косолапый рядом действительно возник - и тут же исчез. Милиционеры призадумались и, дабы не тратить таинственные чары зря, попросили найти потерявшихся несколько дней назад лошадей. Шаман быстро и точно указал нужное место - и коней тут же обнаружили. Того шамана, согласно легенде, отпустили на все четыре стороны.

"Труд". Хакасия

21

Пение горных духов

- У меня шаманкой была бабушка, она жила в дальней деревушке, лечила людей и очень переживала за нашу природу. Вообще, шаманизм - это поклонение природе, тут нечто от пантеизма: считается, что все вокруг - живое. И горы, например, или река могут с нами разговаривать, только вот не всем дано их услышать.
А со мной в детстве произошел таинственный случай, который я никогда не забуду. Нас, подростков, увезли далеко в тайгу, чтобы косить сено. Но жили мы в шалашах. Однажды я проснулась очень рано утром от того, что где-то рядом очень красиво пели. Я лежала, слушала и плакала. А петь там было некому, ведь все еще спали, и никакого радио поблизости, конечно, не было. Надо мной потом многие смеялись, а один старый дедушка сказал: "Здесь живут горные духи, раз ты их услышала, значит, будешь счастливой".

Алиса Кызласова,
актриса Хакасского республиканского национального театра,
заслуженная артистка России

22

Смерть синего шамана

В Саянах, на одном из глухих островков, покоятся, окутанные тайнами, развалины древней цитадели Пор-Бажын.
В 2007 году на озеро Тере-Холь, к древним развалинам отправилась экспедиция, которая должна помочь разгадать тайны древней крепости. Вполне возможно, что Пор-Бажын был напрямую связан с древнейшим воинским культом Небесного Огнедышащего Змея, считают историки. Уйгуры поклонялись дракону - богу войны. В стенах крепости ее обитатели прятали от посторонних глаз свои мистические тайны. Есть также предположения, что Пор-Бажын - это и есть ворота в легендарную Шамбалу.
Два репортера Дмитрий Серков, Андрей Замахин рассказывают:
Первым, кого мы увидели в сибирском поселке, был начальник местного отделения милиции. Аян Сааевич Токаев. Милиционер, которого местные для простоты называют Сергеич, не привык к вниманию прессы. Токаев неохотно отвечает на вопросы и только смущенно улыбается.
- Где тут живет шаман, который "освящал" Пор-Бажын? - спросили мы.

- Шаман ушел в горы, - ответил после небольшой заминки начальник ОВД, махнув рукой в сторону белоснежных вершин Саян, за которыми уже начинается территория Монголии.

- А как нам с ним встретиться?

- Вы не поняли. Он умер. Как "освятил" городище, так и умер, - удивленно посмотрел на нас Сергеич.

Такого поворота событий мы не ожидали. Мы готовились услышать пророчество шамана о мести духов, которые покарают всякого, кто нарушит покой древнего святилища Пор-Бажын. Рассказывают, что старик часто уходил на остров на несколько дней. И в поселке слышали глухие удары бубна, которые не стихали несколько суток. Домой он возвращался изнеможенным. Местные жители называли его небесным шаманом. В поселке до сих пор рассказывают на полном серьезе, что усопший владел искусством перевоплощения в зверя.

- Синий шаман очень тяжело умирал, - обронила местная жительница, которая присоединилась к беседе. На наш вопрос - связана ли его смерть с камланиями в Пор-Бажыне - женщина тяжело вздохнула и отвела глаза...

Журнал "Итоги"

23

А вот и Ангелы... :)
Шаман Смиренников и Святой Иннокентий

Иван Попов (так до монашеского пострига звали Святого Иннокентия) родился 27 августа 1797 года. После окончания семинарии Иван Попов получил новую благозвучную фамилию Вениаминов и другую судьбу. В канун 1824 года Вениаминов решает ехать в Америку, стать миссионером на Аляске.

Там с ним на острове Акун произошел случай который очень удивил православного священника. Когда он с семьей приближался к острову, встречать его на берег высыпали все местные аборигены. Ни телефона, ни телеграфа, ни какой другой связи с островом не было. Как же могли узнать местные алеуты о том, что на остров едет русский человек с семьей? Алеуты объяснили, что их шаман Иван Смиренников всем сказал о визите большого белого человека. И все поселенцы острова надели на эту встречу свои самые красивые одежды.

"Только шамана мне и не хватало", — подумал Вениаминов, в чью миссию входило христианское крещение алеутов. На исповеди священник спросил Ивана Смиренникова, который был крещен уже русскими миссионерами, на самом ли деле он шаман.

— Нет, я не шаман, я крещеный человек, — ответил алеут.

Он же рассказал, что почти каждый день он видит двух больших белоснежных людей с крыльями, которые приходят с большой горы. Люди, похожие на ангелов, рассказывают алеуту, как себя вести. Они научили его молиться, не есть утром, а некоторых морских животных не есть вообще. Ангелы рассказывают Ивану Смиренникову, что будет с заболевшими людьми, кто когда умрет, а кто родится. Эти ангелы и рассказали Ивану о прибытии русского священника. Когда Вениаминов в душе засомневался в том, а действительно ли это были ангелы, Иван Смиренников на следующий день сказал ему:

— Они снова приходили и велели передать тебе, что они святые ангелы. Если ты хочешь увидеть и поговорить с ними, приходи утром к этой горе.

Священник не решился. Он понимал, что ангелы являются алеуту только потому, что он чист сердцем, как дитя. А священник не посчитал себя достойным беседовать с ангелами. Но все, что ангелы говорили алеуту, сбылось.

Газета "Пятница"

24

Секрет шаманки Соргок

Когда-то, в советские времена со мной произошел такой случай. Я получил травму в тайге и случай свел меня с одной эвенкийской шаманкой Соргок. О нашей встрече я никому не рассказывал, хотя никто уже и не начал бы преследовать ее: просто мне самому были неприятны кривотолки рьяных ревнителей "социалистического развития Эвенкии", в котором не было места для обветшалых традиций.
Да и как я мог говорить, если мой товарищ, замечательный хирург Александр Шумский, едва я его попросил сделать перевязку, глянув на "шаманскую", чуть ли не заорал на меня:
- Ты же культурный человек, а допускаешь такое невежество! Случайной дикой бабе позволил замотать руку черт знает чем! Дома я перевязку делать не буду, идем в амбулаторию: у тебя уже, может быть, началось воспаление...
- Да я не чувствую, Саша, даже меленького зуда. - И слукавил:
- Я же тайгой ехал, пять дней! Где же я мог перевязать? Или грязной рубахой перевязывать - лучше?
Шумский разрезал повязку и я увидел на месте раны не коросту, а всего лишь розовый шрам!
- Ты говоришь, что прошло пять дней? Да ты меня, фронтовика, за хирурга не считаешь? Я же не в тылу был, а в полевом госпитале!
Я, конечно, не стал говорить, кто мне оказал помощь: Александр Александрович был убежден - разумеется, из личного опыта военного хирурга, что такое заживление не могло произойти раньше двух недель, при постоянной обработке раны. И, разумеется, в больничных условиях. В общем, наши отношения стали натянутыми,
Вскоре он уехал в Ленинград, на курсы повышения квалификации, а вернувшись, тотчас прибежал ко мне.
- Ты говорил, что тебе мазала рану женщина в тайге. Она не говорила, что это за мазь?
- Это, Саша, была шаманка Соргок. И она говорила, что это мазь из медвежьей желчи с добавлением только ей известных трав. А в чем дело?
- Мой коллега, работающей в Салехарде, запатентовал бальзам из медвежьей желчи. Мне по секрету сказал, что узнал только часть трав, но настоящий, "шаманский", значительно лучше. Только тот шаман уже умер...
- Вот так, нас, дураков закомплексованных, и учить надо: ах-ах, дикие шаманы. А потом: "Где эти шаманы, где эти секреты?" Я понимаю, тебе хотелось бы найти шаманку Соргок. Только где ее искать? Она адресов не оставляет.

Писатель Жорес Трошев

25

Великий шаман Анньыыхын

У якутов существует предание, что в XVI - XVII веках, на территории современной Нюрбы жил Алексей Анисин (Анньыыhын), он был великим шаманом.
У Алексея Анисина долгое время не было детей. Только после его обращения к высшим небесным силам у него, наконец, появились сын Нос и дочь. Ее в 18-летнем возрасте погубил шаман-соперник. Сына Анисин все-таки защитил и впоследствии нарек русским именем Алексей, хотя в быту его звали Нос Олёксёй. Род Алексея Анисина по сей день живет в Нюрбинском районе.
Магическая сила преклонения перед именем Алексея Анисина такова, что местные старики из Чаппанды и его окрестностей даже по прошествии сотен лет после ухода шамана в мир иной опасаются вслух произносить его имя. Они долгое время не пускали своих детей и внуков в местность «Балыга суох», где покоится прах старца. Трактористы и шоферы многие годы предпочитали объезжать это место стороной, ибо не раз убеждались в том, что двигатели их железных коней «кто-то заглушал», если путь пролегал недалеко от места захоронения великого шамана.

Николай Николаевич Алексеев (потомок Алексея Анисина)
член Союза журналистов РФ, ветеран труда.

26

Нападение моли или незримая связь шамана с его костюмом

От изучающих шаманизм в Сибири я не раз слышала такой рассказ. Лет тридцать-сорок назад (в середине ХХ века) то ли эвенкийский, то ли ненецкий шаман под давлением местных атеистически настроенных властей перестал шаманить и подарил свой костюм Музею антропологии и этнографии имени Петра Великого ("Кунсткамера" в Санкт-Петербурге). Передавая свой дар, он взял с сотрудников музея обещание хранить костюм в надлежащих условиях, ухаживать за ним и вообще хорошо с ним обращаться. Несколько лет все было в порядке, но однажды в хранилище музея завелась моль, от которой пострадало много вещей, в том числе и костюм. В это время в далеком сибирском поселке бывший шаман заболел. Он понял: что-то случилось с его костюмом. К счастью, через кого-то из сотрудников музея, приехавших в экспедицию в поселок, удалось передать просьбу привести в порядок костюм. Как только это было сделано, болезнь прошла. В такие истории в шаманском мире верят безоговорочно.

Доктор исторических наук Н. Жуковская

27

«Превращенный»

Интересна фигура шамана, объединяющего в себе оба начала — мужское и женское. Так бывало у чукчей, у коряков, встречались «превращенные» шаманы в Средней Азии и Индонезии. Это явление носит название ритуального травестизма («превращения пола»). Его суть в том, что шаман-мужчина ведёт себя как женщина: носит женское платье, выполняет женскую работу, сторонится общества мужчин.

Явление травестизма известно у многих народов и связано не только с фигурой шамана, но и с представлениями о божествах и устройстве вселенной в целом. Некоторые шаманы принимали женоподобный вид только на время совершения ритуала. Другие же всю жизнь подчёркивали в своём облике женские черты. Так, узбекский шаман Ташмат-бола, ещё в конце 60-х гг. XX в. лечивший односельчан с помощью своих духов, ходил в женской одежде постоянно и даже здоровался по-женски. Но биологической природе он не изменил: был женат четыре раза и не проявлял никаких признаков физической неполноценности.

источник: relegere.org.ua

28

Последний бубен

В алтайском регионе Л.П. Потапов обнаружил, что каждому шаману отводилось на жизнь несколько бубнов с определённым сроком камлания. Например, дух-покровитель решал: шаману даются семь бубнов, по три года на каждый. Через каждые три года бубен надо было менять. Таким образом, через 21 год шаман должен был умереть. И шаман, и его соплеменники неколебимо верили в это.
Когда Потапов зимой 1927 г. встретился с одним шорским шаманом, тот предупредил этнографа, что срок пользования его последним бубном истёк и он скоро умрёт. «Основываясь на этом убеждении, он даже торопил меня с записями. Он действительно умер на другой день после моего отъезда. При этом все находили эту смерть естественной и совершенно неотвратимой», — писал учёный.

29

Обряд «очищения юрты»

Академик В. В. Радлов писал: «В июле 1860 г. мне самому представился случай присутствовать на такого рода очищении дома... Когда начало смеркаться, в некотором отдалении от юрты раздались глухие удары шаманского бубна». Это обходил вокруг юрты шаман, постепенно приближаясь к ней. Войдя в юрту, подержав надогнём бубен, шаман уселся между дверью и огнём и начал петь. Пение становилось всё тише и наконец перешло в тихое хныканье и шёпот. Время от времени он говорил фальцетом, подражая голосу умершей, которая жалобно умоляла шамана не прогонять её: она боится пути в царство мёртвых. Шаман безжалостно гонял её по юрте, ударяя в бубен, в который он вселил множество могучих духов. Наконец ему удалось зажать душу между бубном и колотушкой и затем придавить к земле.

Теперь он уводил душу в преисподнюю, и бубен стал звучать глухо, как бы из-под земли. Пение становилось всё тише и перешло в бормотание. Вот сильным ударом в бубен шаман извещает: прибыли в землю мёртвых. Идут переговоры с ранее умершими родственниками. Они не принимают новую душу. Шаман уговаривает их, просит, умоляет. Наконец, он хватает бутылку с водкой и угощает души мёртвых, вызывая их радостные возгласы и пение.

Шаман возвращается на землю. Достигнув её, он внезапно вскакивает, его ломают судороги. Песня переходит в дикие выкрики. «При этом шаман, совершая чудовищные прыжки, несётся в танце по юрте, пока, обливаясь потом, не падает без чувств».

Это зрелище, дополненное магическим освещением, произвело на В. В. Радлова такое сильное впечатление, что он какое-то время наблюдал только за шаманом, забыв об окружающих. «Алтайцы также были потрясены этой дикой сценой, их трубки были опушены, и добрых четверть часа царила мёртвая тишина».

источник: shamanstvo.ru/

30

Вставленные духами глаза

Интересный рассказ о действиях нганасанского шамана приводит русский этнограф А.А. Попов.

В январе 1931 г. во время сильной пурги не вернулся в стойбище нганасан Люрюлюе. Происходило это на полуострове Таймыр, примерно в 300 км к северо-востоку от Норильска. Через две недели его родные обратились за помощью к шаману Дюхадие. Он согласился отыскать пропавшего, сказав при этом: «Я видел во сне, как будто Люрюлюе ещё жив».

Шаман надел парку на голое тело, заставил завязать себе глаза и три дня ходил по тундре, а за ним в нартах неотступно следовали два местных жителя.

Позже шаман рассказывал: «Прошлогодние травы и кусты около моего чума ничего не знали и не могли мне ничего сказать про заблудившегося. Наконец я спросил у хозяина речки, и он на третий день указал мне, и я наткнулся на совершенно обледеневшего человека. Он был ещё жив, мои спутники как можно скорее увезли его в чум.

Хотя на мне была надета одна только шаманская парка на голое тело, я, однако, не поморозился, только сильно продрог, да и то почувствовал это, приехав к себе в чум».

Шаман так рассказывал учёному о своих способностях: «Я и сам не знаю, где находятся эти вставленные духами глаза, думаю, под кожей. Когда камлаю, я ничего не вижу своими настоящими глазами, вижу теми, вставленными. Когда меня заставляют искать какую-нибудь потерянную вещь, завязывают мои настоящие глаза, и я вижу другими глазами гораздо лучше и острее, чем настоящими». Духи также «просверлили» ему уши и дали способность понимать «разговоры» растений.

«И я сам удивляюсь, когда какая-нибудь маленькая кочка на болоте, на верхушке которой растут травы, предупреждает меня, чтобы я не сбился с пути, или указывает заблудившегося человека, которого я разыскиваю».

источник:/www.shamanstvo.ru

Неправда ли-вставленные духами глаза-напоминают способность Нео видеть мир машин и программ с пустыми глазницами...


Вы здесь » Путь Одиссея » Путь Одиссея » Шаманизм